Ее возмутили сразу несколько моментов. Например, тон незнакомца — далеко не почтительный. То, как он растягивал слова, уже звучало оскорбительно и слегка насмешливо. Лору также задел намек на богатство ее семьи. Упоминание подобных вещей было чрезвычайно дурным тоном и свидетельствовало о том, что этот человек был невоспитанным и мало заботился о приличиях, если это вообще его волновало. Но больше всего ее встревожило то, как он надвигался на нее, заставляя отступать, пока она не вжалась всей спиной в дверь, как будто пытаясь слиться с ней.

Мужчина стоял так близко, что Лора ощущала жар его тела и запах его одеколона. Мало у кого хватало смелости преградить ей путь, а тем более вторгнуться в ее родную среду. Ей совершенно не нравилась такая наглость. Этот незнакомец нарушал все нормы приличного общества. Кем он себя вообразил?

— Я по сравнению с вами в невыгодном положении, — холодно произнесла она, — потому что не знакома с вами. — Всем своим тоном она дала понять, что хотела бы сохранить такое положение и дальше. — Если вы хотите посмотреть дом, прошу вас подождать миссис Хайтауэр на крыльце. — Лора кивнула в сторону плетеного диванчика. — Она очень пунктуальный человек, поэтому, я уверена, вот-вот появится. А теперь прошу меня извинить. — Лора, пренебрегая правилами приличия, повернулась к посетителю спиной, чтобы открыть дверь.

Вероятно, это был не самый умный ее поступок, но сейчас она испытывала скорее смятение, нежели страх. Если бы он задумал что-то криминальное, то уже действовал бы. Поэтому в данный момент самым главным было держаться от него как можно дальше.

Лора вставила ключ в замочную скважину, мысленно поблагодарив небеса за то, что в темноте это ей удалось с первого раза. Повернув ключ в замке, распахнула дверь.

Как только она перешагнула через порог, ее рука автоматически потянулась к выключателю и щелкнула им. Зажегся свет на переднем крыльце. Оно освещалось тремя умело расположенными лампами, свисавшими с верхнего балкона на длинных медных цепях. Когда Лора повернулась, чтобы закрыть переднюю дверь, она удивленно ахнула, отчасти потому, что мужчина последовал за ней и уже был на пороге, но главным образом из-за того, что теперь она узнала его.