— Как я уже сказал, ты самая красивая девушка города.

— Самая красивая богатая девушка.

Он пожал плечами:

— Черт побери, тогда в сравнении с Пейденами любой был богач.

Лора опустила глаза, испытывая неловкость за Джеймса. Они были в буквальном смысле из разных миров. Его семья жила в лачуге, кое-как сбитой из старья, которое удалось найти на свалке его отцу-пропойце. Снаружи этот крошечный домишко напоминал стеганое одеяло — словом, был бельмом на глазу и всеобщим посмешищем. Лора часто недоумевала, как Джеймс, живя в такой лачуге, умудрялся всегда быть чистым.

— Мне жалко было вашего отца, — тихо сказала она. Старый Гектор Пейден умер несколько лет назад. Его кончина осталась почти незамеченной, и, уж конечно, никто в городе не оплакивал покойного.

Джеймс засмеялся саркастически:

— Ну, тогда ты была единственной, кто его жалел.

— Как поживает ваша мать?

Он внезапно встал, тело его напряглось.

— Думаю, она в порядке.

Лора была шокирована его явным безразличием. Пока Джеймс подрастал, Леона Пейден где только не работала, чтобы содержать сына и мужа. Но из-за постоянных отлучек и болезней за ней закрепилась репутация человека ненадежного. Однако вскоре после смерти мужа она переехала из лачуги у железной дороги в небольшой аккуратный дом в приличном районе. Теперь Лора редко встречала миссис Пейден. Она жила уединенно. Ходили слухи, что Джеймс поддерживает ее деньгами, так что сейчас Лору поразило то, как он отмахнулся от матери безразличным жестом.

Пейден прошелся по комнате, то и дело беря в руки какой-нибудь предмет и внимательно изучая его, прежде чем поставить на место и перейти к другому.

— Почему ты продаешь дом?

Лоре не нравилось, что он допрашивает ее, словно прокурор. Поэтому она тоже встала и подошла к окну, надеясь увидеть машину миссис Хайтауэр.